Нас объединяет еще и возраст, который осторожно называется «около (или после) сорока». Когда-то, приехав на сорокалетие сестры, которая старше меня на пятнадцать лет, я считала, что это ужасно далеко, что в сорок все жизненные проблемы решены и чувства устоялись, а потребности сократились. Перешагнув эту черту и далеко от нее отшагав, мы с Наташей никак не достигнем рубежа, когда потребности сокращаются и чувства перестают волновать. Недавно к одной из моих статей «Комсомольская правда в Америке» пристегнула «статистику», по которой выходило, что личное счастье не должно мне светить даже призрачным светом заходящей Луны. С нынешним мужем мы не могли встретиться по очень многим причинам – и возраст, мол, не тот,  и география, и интересы. Однако, вопреки этим «научным» данным, и я, и Наташа, и много других женщин «после сорока» нашли свое счастье и не собираемся уходить на покой. Мы выходили замуж не за заморские богатства, а за мужчин, с которыми – страшно даже вслух произнести! – нас связала любовь.

 

Более того, теперь я точно знаю, что и в пятьдесят, и в шестьдесят, и даже в восемьдесят и женщины, и мужчины хотят любить и быть любимыми, хотят тепла и понимания близких людей, хотят – и часто выбирают – оставаться молодыми и энергичными. Когда я в первый раз приехала в Америку, больше всего меня поразила не чистота вокруг и не возможность оставить машину без присмотра. Поразило, как много людей возраста, который у нас принято называть «пожилым», ходили за ручки, словно юные влюбленные. Прошлым летом мы встретились с друзьями, которые пригласили провести с ними пару дней отпуска. И это были весьма знаменательные дни. Анна впервые села на велосипед после почти пятидесяти лет перерыва – и сразу начала крутить педали по горным дорогам. А на следующее утро она, Дон и двое детей, имеющих уже своих подростков, отправились на сплав по горной речке отнюдь не первой категории сложности. Когда я спросила у здешней приятельницы семидесяти четырех лет, как ей удается сохранять потрясающую форму и интерес к путешествиям вокруг земного шара, она ответила, что вообще-то занимается водной аэробикой. В порядке вещей.

 

Честно говоря, я как-то вообще не задумывалась о возрасте и его восприятии в нашей стране до тех пор, пока не прочитала этот текст Жванецкого, в котором он говорит, что целое поколение женщин в России просто вымерло. И это, с огромным удивлением обнаружила я, – наше поколение, женщин «вокруг» пятидесяти. Мужчины становятся интереснее. Женщины исчезают. Интересный процесс… хотя физически все происходит как раз наоборот. Множество женщин моего возраста остались одинокими по разным причинам, но чаще – мужики вокруг умерли. И они перестали светиться, ушли в себя – потому что кино, реклама и, кажется, культура складываются так, что мужчине вроде бы даже неприлично появляться в обществе с женой-ровесницей. Кругом лишь юные красавицы, озабоченные тем, чтобы, не Дай Бог, на лице не появилась еще одна морщинка. На днях даже прочитала ответ одного из российских косметологов такой дивчине: не улыбайтесь, мол, это вредно, и вообще старайтесь, чтобы мимические мышцы работали как можно меньше.

 

А куда исчезают с возрастом наши актрисы? Вопрос на засыпку, потому что в Америке множество фильмов о людях старше пятидесяти, где актрисы и их героини просто сияют – не отраженным светом находящихся рядом с ними мужчин, позволивших присутствовать в их поле, а своим собственным, глубоким и мудрым, иногда полным юмора и всегда – живой энергии. Ведущие актрисы отнюдь не скрывают возраста, они наслаждаются тем, что дала им природа.

 

Я надеюсь, что когда-нибудь наша страна сможет перенять этот культурный опыт других стран, как сейчас она переняла чрезвычайно глупую рекламу и образ героя, появляющегося везде и всюду с бутылкой пива в руках. Юному поколению, кстати, и невдомек, что, появись американец с пивом на улице, он тут же будет оштрафован на кругленькую сумму. В некоторых штатах разрешается открыто пить пиво только на стадионах во время бейсбольных матчей. В большинстве же запрещено совсем. В выходные спиртное не продается, а если продается где-то в ночное время, то цены взлетают неимоверно. И для того, чтобы торговать спиртным в ближайшем ресторанчике, владелец должен получить согласие всех соседей. Но это так, заметки на полях – о мифах и стереотипах. Вернусь к письму подруги.

 

Слушай, а ведь и правда женщины после пятидесяти исчезли из российской культуры, пишет мне Наташа. Да, отвечаю я, но из жизни-то они не исчезли, несмотря на то, что кто-то решил задвинуть их на задний план. Что правда то правда, в этом возрасте многие мои подруги уже не заботятся о карьере, потому что это перестает быть важным, а на первое место выходят совсем другие ценности. И они учатся, чтобы реализовать эти ценности, потому что раньше у них времени на это просто не было.  И мы с тобой все равно умницы-красавицы. И, отвечаю я Наташе, мы-то с тобой никуда не исчезли! Мы учимся, мы строим свои новые семьи. Это не всегда легко, но мы в этом успешны. Мы растем вместе с нашими детьми. Ты открыла детский сад, я написала книжку, которую читают и пятидесятилетние, и младше, и каждый находит в ней что-то полезное для себя.

 

Это тоже идет вразрез с древними стереотипами, но мало кто замечает, что они давно не работают. Помню, как один из знакомых дальневосточных психологов глубокомысленно рассуждал о том, что не стоит приглашать на тренинги и семинары пятидесятилетних – негибкие, мол, они, не могут встретиться лицом к лицу с собой, слишком это большие потрясения...

 

Сестра мужа в Америке, продав свой бизнес в возрасте 65, тут же занялась другим, еше более хлопотным. Раньше у нее была дизайнерская фирма, обслуживающая округу площадью не больше штата, теперь – нечто вроде домашней гостинички, куда приезжают творческие люди со всего мира, когда хотят скрыться от повседневной рутины и найти вдохновение для анализа, творчества и планирования. В Америке меня спрашивают: ну, каков твой следующий проект? И Элейн, которой почти семьдесят, которая выращивает потрясающие розы, шьет удивительные квилты (вещи из лоскутов) и одновременно занимается кучей других проектов, любит повторять: Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее понапрасну. В России женщин в этом же возрасте спрашивают: ну, когда на пенсию уйдешь, - подразумевая, что наконец-то она освободит рабочее место для молодежи, а также будет варить борщи для семейства и сидеть с внуками (что у нас синоним глубокой старости и безнадеги).

 

К счастью для нас и для страны, эти стереотипы для самих женщин давно уже не работают. Я просто не могу припомнить, есть ли среди моих подруг и знакомых погасшие, неинтересные и нелюбопытные, мечтающие оказаться на задворках жизни. Похоже, таких не наблюдается. Жизнь поколений в нашей стране складывалась так, что именно женщины отвечали за выживание. Мужчины уходили на войны, мужчины устраивали дефолты и перестройки – женщины приспосабливались к любой ситуации и прикрывали собой семью. Опыт выживания развил в наших женщинах необычайное творчество, которое помогает им сделать жизнь в любой стране, куда бы их судьба не привела.

 

Работая над этой статьей, я внезапно поняла, что взгляд на мир женщины «после сорока» совершенно уникален. Жизнь в новой реальности сочетается в нем с яркой памятью о том, что было, кажется еще совсем недавно, каких-то тридцать лет назад, но уже недоступно молодому поколению. Женская история, написанная теми, кому за пятьдесят, будет совсем не та, что написана мужчинами в погоне за конъюнктурой.  Это будет не просто история выживания – это будет История Любви и Человечности. Она о том, как в детстве мы всей семьей стояли в длиннющих очередях за буханкой белого хлеба и за тем, «что дают», потому что давали по килограмму (или полкилограмма) в руки, и, отстояв несколько часов, можно было ничего не получить. И это была не война, а двадцать лет спустя... Еще мы можем вспомнить Новый Год 86-го, разгар борьбы с алкоголизмом – и отсутствие шампанского на праздничном столе! А потом, за полчаса до боя курантов, в квартиру вваливается толпа друзей – и – ура! – кто-то все-таки добыл драгоценный напиток. И мы сидим на кухне и поем до утра...

Еще это будет история о том, как мы учились вязать, шить и превращать Ничто в Нечто от бедности, потому что хотелось приодеться и одеть детей, и сейчас за границей это наше умение воспринимается как верх роскоши и креативности, что выдвигает нас в ряд очень нестрандартных людей.

 

Я обожаю рассказы старшей сестры о времени, которое я не застала – в них столько истинных деталей о жизни военной и послевоенной, о которых я никогда не читала. Эти ценные детали могут уйти, если мы не сложим их в большую картину Человечности, на которой на самом деле основана наша культура. И поэтому я обращаюсь к вам, Хранительницы Семьи и Страны, мои подруги – те, кому «за» - почему бы нам не написать свою историю, без которой наши внуки не поймут, чем можно в этой стране гордиться? Присылайте мне свои рассказы, заметки и воспоминания на адрес  starladies.latypova@gmail.com Если у вас нет доступа к компьютеру или вы не умеете работать на нем, если у вас нет электронного адреса, пусть вам помогут дети или внуки: наберут текст и отправят его свой почтой. Убеждена, что при этом они они откроют для себя очень много нового. Не заботьтесь о том, чтобы написать много или красиво: важна не внешняя красота, важны детали – и это может быть всего несколько строк, но эти строки необычайно ценны. Если мы не сделаем это сейчас, эти драгоценные детали уйдут, и что останется для наших детей и внуков? Мордобитие политиков? Но это не есть жизнь. И не на этом держится страна.

 

Это будет удивительная, ни на что не похожая книга. А издателя, думаю, мы найдем.